honestas: (Daria)
А вот и я, а вот и я! Во-первых, я почти всё вам рассказал. Хотите попытаться угадать, что будет дальше? Что вы думаете о таком решении?
Во-вторых, it's official: ВАК подтвердил присвоение мне степени своим приказом от 18 мая.

Глава 12

День? Ночь? Это восемь часов чего?

Электрический свет. Шелест кулера и гул винчестера.

Работа не клеится. Уже давно. Сроки вновь придётся подвинуть. Гонорар пока больше неустойки, но если так будет продолжаться, то скоро соотношение изменится. Ну и пускай.

Когда становится совсем невыносимо, Кифа бросает всё и выползает наружу из своей комнаты-раковины во внешний мир. Слишком яркое солнце днём, слишком яркие фонари ночью. Слишком громкий шум улицы. Слишком невыносимо внутри, чтобы включить в наушниках музыку. Всё равно лучше, чем наедине с собой. Ольга чудится ему в прохожих то здесь, то там.

И — приступами — запах её любимых духов. В самые неожиданные моменты. Посреди пустой улицы. В переполненном автобусе — но когда вокруг даже ни одной женщины.

Фрилансерские поделки сливаются в одно неразрешаемое уже с расстояния в неделю пятно. Лабораторные и курсовые студентам-лодырям, какая-то вёрстка и даже немного копирайтерства. А какая разница? Денег, меж тем, это приносит всё меньше.

Кифе наплевать.

Он не почувствовал, когда температура за бортом впервые в году преодолела нулевую отметку.

Он не заметил, как в квартире появился котёнок — пищащий серый мячик, с громким топотом носящийся по дому.

Он брёл бесцельно по городу в одну из своих вылазок. Солнце неплохо припекло сегодня днём. Снег под ногами слежался, растаял, подмёрз и снова рассыпался под ногами прохожих стеклянными кубиками разбитого лобового стекла на автомобиле. Небо чуть розовело вдали на западе и наливалось глубоким синим цветом прямо над головой.

Кифа думал… ничего. Ни одной мысли не было у него в голове. Удивляясь, что он ещё продолжает существовать, он на ходу поднял правую руку ладонью вверх и посмотрел на неё, будто видя впервые. Пошевелил пальцами, сжал их в кулак и снова раскрыл ладонь. Рука. Существующая. Материальная. Странно, что она осталась существовать, когда вся его жизнь внезапно растворилась в пустоте.

– Кифа? Ты?

Он опять оказался в том же месте, у той же остановки и даже почти в то же время. И, всё-таки, удивительно, что он опять пересёкся с Олегом. Видеть его не хотелось, откровенно говоря. Никого не хотелось видеть. Не хотелось, в общем-то, ничего.

– Олег, — на большее Кифы не хватило. Пожелание доброго вечера по-прежнему звучало кощунственно.

– Я тебя даже не сразу узнал.

Кифа молчал. Кажется, обычно гуманоиды, проживающие на планете Земля, в таких социальных ситуациях интересуются здоровьем и уровнем социального одобрения своего визави. Террестиальная лингвистика Кифе сегодня не давалась особенно упорно: сформулировать такой вопрос он был не в силах, даже под страхом неудовольствия аборигенов.

– Смотри, Кифа, — неторопливо начал Олег снова и продолжил, как всегда, быстрее — пора тебе заканчивать с этими глупостями. Завтра… нет, послезавтра приходи в контору. Часам к трём дня.

– Зачем? — только и смог тупо спросить Кифа.

– Поговорим. Подумаем.

– О чём?.. Что?.. Я не понимаю…

– Ты помнишь, как мы зашивались весной, когда ты ещё работал?

Кифа кивнул. Про себя он отметил особенность формулировки: не “работал у нас”, а просто “работал”. Что ж, пожалуй, Олег прав. То, чем он занимается сейчас — не работа, ни в каком смысле, кроме, пожалуй одного: за это платят деньги. Потом он вспомнил, куда катятся его “проекты”.

– Как думаешь, что изменилось? — Олег, похоже, слишком долго общался с Юджином, и тоже полюбил играть в Сократа.

Кифа пожал плечами.

– Пять новых заказчиков появилось, вот что! Работы — завались, и непохоже, чтобы у тебя был недостаток свободного времени.

– Олег, как-то это всё… внезапно. Я даже не уверен, что хочу снова работать в Z.

Олег посмотрел на него, прищурившись.

– Нет, — сказал он, — не думаю, что ты этого хочешь. Опять же, с другой стороны — не сказать, что ты особенно против. Подумай, в общем.

Кифа пообещал подумать и поспешно попрощался с Олегом.

“Что за глупости! — думал он. — Работа в этой конторе — пройденный этап. Надо двигаться дальше, к новым вызовам.”

Придя домой, он открыл почтовый аккаунт, который использовал для переписок, связанных с фрилансовыми проектами. Закрыл.

Через день без четверти три он был в вестибюле офис-центра, где контора Z. арендовала офис, и набирал номер Олега на смартфоне.

honestas: (Штирлиц)
  Ай-ай, простите-извините, нарушаю собственное расписание, нет мне прощения. 
  И ещё не исправляю ошибок, которые мне накидали, тоже достойно сеппуку.
  Меня просто услали за синие горы в московский офис, мои дни полны работой под завязку, а мои вечера — реалом, так что вот просто ну никак. А вчерашний мой день был двадцатичасовой, я немножко офонарел.
  Вот, исправляюсь. Пожалуй, самая техническая глава во всём тексте, но я старался всё объяснять.

Глава 5.

– Ну что, ты победила свою статистику?

Они снова сумели выкроить обед вдвоём, и в кои-то веки на кухне больше никого не было.

– Почти. Я никак не могу закончить, постоянно что-то случается. Эти проверки перед выдачей заказчику сводят меня с ума. И все достаются мне. Видимо, как самой младшей. Дедовщина какая-то, честное слово.

– А что Краснов говорит? — скривив губы словно от раскушенной в борще гвоздики, спросил Кифа.

– Краснов… Ему последнее время не до того. Он всё свалил на Алексея.

– А он что?

– А что он? — Ольга вздохнула. — У него свои задачи есть. В дизайне моём он не разбирается и разбираться не хочет, так мне кажется.

Её голос приобрёл разочарованное, даже несколько отчаянное выражение.

– Я толкусь в этом тупике уже месяц, Кифа, и никто мне не скажет, как поправить дело. Только задачами тестирования грузят. Устала я так работать.


Read more... )

0x1C

Apr. 13th, 2015 10:54 am
honestas: (Daria)
Ну что же, за прошлый год я прямо взялся за ум.
Защитился. Побывал в Италии. Сделал шаг по направлению прочь из Самары, и лето в ней я не доживу. Жалко хор, жалко друзей, жалко отдел и вид на Волгу с двадцать первого этажа. Но, как я уже не раз говорил: то, что не развивается, мертво. Не всякое изменение - улучшение, но всякое улучшение - изменение.
Надо что-то менять, пока ноги держат и глаза смотрят.
Вангую столько же комментариев под этим постом, как и под прошлым. И поделом мне: сам ф-ленту читал невнимательно, несколько таких деньрожденных постов пропустил. Печаль.
honestas: (Кот)
  Надо бы тут начать свои итальянские воспоминания фиксировать, пока хоть что-то ещё осталось.

  В Риме много арапов, арабов, просто каких-то тёмных и неясных личностей, но город силён, звучит чётким аккордом. Неширокие непрямые улицы, древность, древность, древность. Плеваться вообще нельзя, попадаешь минимум в позапрошлое столетие. Ах, Санта-Мария Маджиорре! Купола, фрески и колокольня, отбивающая часы --- с четвертями.

  Пока искали дорогу, перекапывая мой рюкзачок в поисках карты, к нам подошла какая-то синьора ди эспаньола, пыталась что-то узнать. Ми диспьяче, я даже не могу сказать, что я sono da paesa straniera.

  Опять же, рассматриваешь фотографии, вспоминаешь весь опыт в его целостности — и понимаешь, что Рим — город не древний, он просто Вечный. Вечно молодой. Вот так:

As free as wind

  Что касается титула "Город Ангелов", то Лос Анджелес, право же, не очень старается, тогда как Рим, не стараясь, заслуживает этого титула гораздо больше:
Bridge to Vatican

Фонтанов в Риме — и вообще в Италии — умопомрачительное количество и они все функциональные, не декоративные. То есть, вот прямо так можно подойти, зачерпнуть рукой и пить — вода чистая, вкусная и не пахнет хлоркой. Подозреваю, что там случается какая-то "Science, bitch!", но такой вот результат. Фонтаны, разумеется, весьма кстати даже тёплым февральским деньком (+7°C было на входе в наше итальянское кольцо, +14°С — на выходе). А если представить себе июль...

Flow of Justice

One of the seven Roman Hills
Under the eternal sky

Otium
honestas: (Daria)
Something's brewing up there

  И я всё ещё жив, да.
  За отчётный период случилось следующее:
  • Я защитился. Теперь я кандидат физико-математических наук. 
  • Я оформил все документы после защиты. Совершенно адская процедура.
  • Закончился год. Я вырвался из колеса (as in "белка в колесе") и добрался до августовских фоток.

Такие дела.

honestas: (Тигра)
Как-то на днях тут разговорился с другом и составил антирейтинг месяцев. Ноябрь держит в нём почётное второе место, после гадкого февраля. Хочется глинтвейна литрами, не просыпаться и не выходить из дома, да чай, не в деревне после урожая живём, бяда-огорченье.

Я так смотрю, как писать перестал, так меня и читать перестали. И поделом мне, конечно, но ЖЖ в целом почему-то ощущается увядающим. Что же люди читают, никак не пойму? Твиттер ли? Там читать нечего. В этом вашем вконтактике вообще одни репосты.

Было же время. Были цветы. Эх.


Late bloomer
honestas: (Default)
Я умираю.
В качестве недостатков моей смерти следует отметить следующие:
1. Недостаточное внимание уделено предсмертным хрипам и стонам.
2. Агония обычно длится на 10% меньше, чем это пытается представить автор смерти.
3. Использованный метод самоубийства через написание летального количества отзывов на автореферат собственной диссертации не является оптимальным.
Указанные замечания не снижают общей ценности смерти.

КДПВ
Sleeping giant
honestas: (Кот)
Что-то закопался я совсем с этой вашей защитой. Ладно, к концу месяца всё будет кончено, one way or another.

А чем это вы тут без меня занимались? Поделитесь, пожалуйста, что хорошего написали, что интересного случилось, я честно почитаю.
Кстати, я тот рассказ, который внезапно превратился в целую повесть, дописал. Надо бы публиковать, но не придумал пока, как. Вещь получилась, на мой взгляд, неплохая, хотелось бы её куда-нибудь на видное место, не просто в уйутненькую, где вся критика положительная. Кстати, опять же, если знаете чего — пишите, пока рассматриваю все варианты.

КДПВ
Soft steps of autumn
honestas: (Кот)
  Всяческие опасности подстерегают путешественника в чужих странах. Мы с товарищем чудом избежали смерти от рук радушных корейцев в Лос-Анджелесе.
  Зашли мы, значит, в какой-то ресторанчик на Уилшире, и нас не насторожила вывеска "корейское барбекю". Заказали какой-то курс Б. По стоимости я прикинул — должен быть нормальный такой обед на двоих. Если бы...
  Сначала в центре стола вместо декоративного купола обнаружился вполне такой серьёзный очаг с железной решёткой. Потом вокруг этого очага появилась одна, две, три... штук пятнадцать пиалушечек с водорослями, тофу, кусочками омлета, бобами, кимчи, перцем и кучей ещё всего, чему имён я не знаю. А ещё принесли капусту.
  ОК, подумал я. Прикольно. Закуски.
  Но этим дело не кончилось. Пришёл официант и принёс большую тарелку с тонкими говяжьими ломтиками — такими тонкими, что они легко сворачиваются в трубочку — и разложил на решётке первую их партию.
  О-ОК, подумал я. Весело. Мясо.
  Потом появилась бутылка щочу и лимон. У лимона изъяли попку, капнули в две стопки соком, наполнили их холодной щочу.
  Кгм! — подумал я. Веселье!
  Потом, вскипая бешеной лавой прилетела пиалушка с корейским омлетом. И по тарелке супа. А мясо-то жарится. И пятнадцать закусок на месте. И салат.
  Потом я не успел ничего подумать, потому что появился рис с мясом. МНОГО. А на гриле обнаружился лук, перец, что-то редисообразное и бананы.
  ОГО, подумал я. Становится опасненько!
  В довершение всего появились пять огромных шматков сала. Это стало последней каплей, и я запросил мира.
  За всё про всё $60 на двоих, и если бы мы действительно это съели, нас бы оттуда пришлось выносить. Такие дела.
High Noon

  А потом мы поехали в Сан-Диего, куда, собственно, и собирались. Сан-Диего такой же, как и в прошлом году: тихий, кроме Gaslamp district, и местами воняет собачками, причину чего я так и не могу уяснить: не может же быть столько собак в городе.
  В первый день мы взяли по велосипеду на прокат и отправились к океану. Немножко не доехали, но было весело, и вид на город гораздо лучше, чем с изнанки. Со стороны залива кажется, что это даже настоящий город. Единственной ошибкой было выехать в полдень. На следующую ночь мне было уготовано адское веселье в виде горящих огнём рук.
  Конференция ничего так, народу много, темы интересные, люди увлечённые, что для меня является одной из причин вообще бывать на таких мероприятиях — видеть горящие глаза людей очень воодушевляет.
  Недоделанные вовремя постеры уже в печати, так что, надеюсь, буду писать чаще и больше. А вам пока вот ещё фоточка:

Morning in a south city
honestas: (Никто)
Пересматриваю тут Аватара, который The Last Airbender, который мультсериал. В очередной раз смеюсь.

I want my daughter's name to be unique, — говорит одна новоиспеченная мамаша в сериале. — I'll name her "Hope".

В этом месте, разумеется, все русскоязычные, а особенно — Нади, падают на пол и начинают кататься в приступах неудержимого веселья.

Или вот, Сокка отказывается целоваться с девушкой под луной. Но посвящённые-то знают, что Луна — прошлая девушка Сокки, или та, чьей жизнью она (Луна) живёт, whatever, всё неоднозначно в этом аватарском мире владения стихиями. А прошлая эта Юи потому, что пришлось отдать жизнь Луне, а не потому, что они с Соккой расстались. В общем, ночью Юи бдит — и мультипликаторы старательно рисуют растущую луну над горизонтом между двумя молодыми людьми.

Но стоит взойти солнцу — и всё замечательно: "You talk too much", — говорит Сокка, и прекращает поток слов самым удачным в такой ситуации образом.

Хе-хе.

КДПВ.
Tagetes
honestas: (Никто)
Вопреки распускаемым слухам, я жив и продолжаю оставаться хозяином данного
журнала. Вероятно, читатели опять разбежались, пока я запустил свой
журнальчик, позволив ему зарастать.

Тем не менее, планирую вновь начать уделять ему некоторое время, благо
текст диссертации уже написан и согласован со всеми, с кем только можно.
Прошла уж кафедра, и предзащита тож. Осталось совсем немного. А пока — пока
я вспоминаю, что в воскресенье можно просто прогуляться по городу, а не
сидеть над текстом или сопровождающими бумажками.

Лето всё-таки.

Summer rowan

Рябина — это вечная тема для меня, похоже. Вот, вернулась вновь, та же, да другая.
honestas: (Никто)
Нейдёт у меня из головы предпоследний номер баховских "Страстей по Матфею". В нём хор, ещё раз вспоминая всё только что произошедшее, обращается к Христу следующими словами:
/Mein Jesu, gute Nacht!/
Эта наивность кажется мне очень трогательной и, хотя детской, очень подходящей моменту. At the end of the day мы всё ещё дети и никак не повзрослеем. Спокойной ночи, Господи. Мы знаем, завтра ты проснёшься.
honestas: (Никто)

Каждый год — что-то новое. Другая грань, иной взгляд.

Слушал вот баховские страсти по Иоанну — они не такие шикарные, как по Матфею, почему-то, но всё же — и вставил меня эпизод с усыновлением Иоанна Богослова. Эта деталь — она как (одна из) электронная подпись на документе, подтверждает целостность. Нет ещё реализма — ни в то время, ни, тем более, в той культуре. Это только сейчас модно, чтобы в художественно вымышленной реальности у героя из подмышек пахло, его мучила зубная боль, а голос пропал от простуды. Но ведь это не всегда было так! Взять того же Толкина — а он писал свои средиземские тексты как стилизацию под эпос Эдды, который оформился, на минуточку, на тысячу лет после Христа (ну, положим, возник этот эпос пораньше лет на пятьсот до попадания в сборник, но что это кардинально меняет?). Умирающие герои Толкина (раздавленный конём Теоден, например, или нашпигованный стрелами Боромир) ведут долгие, грамматически верные разговоры поэтическим языком. Христос Иоанна — а он стоял под крестом, ему я больше доверяю — на кресте говорит очень мало и односложно. Я думаю, даже Иоанн реплики немножко расшифровал — чтобы они понятнее звучали вне контекста кровавой капели, пылевой бури, превратившей день в ночь, и крайне затруднённого дыхания висящих на кресте. Я думаю, было что-то в этом роде:

– Боже, Боже! Зачем оставил!..

Должно быть, это было сказано где-то в начале, и это была самая длинная строчка. Где-то там же, в первые полчаса-час, должен быть разговор с разбойниками. У Христа в нём, впрочем, тоже одна реплика, а вот разбойники необычно говорливы. Впрочем, это поэт-Лука, у него Мария вообще на ходу песни в свою собственную честь сочиняет. С другой стороны, источником Луки с большой вероятностью была собственно Мария, стоявшая под крестом вместе с Иоанном. Но разбойников, вероятно, не избивали плетью, не били палками по голове, они вряд ли отказались от анестезирующего вина со смирной, возможно, они спали прошлую ночь хотя бы немного, и вообще на конец пятницы они ещё оба были живы.

Дальше видно невооружённым внутренним оком, как силы кончаются, а фразы схлопываются в короткие резкие выдохи:

– Женщ… Сын.

– Мать.

Потом только:

– Пить…

– Всё…

Честно признаюсь, я художественно перевожу со славянского и на аутентичность не претендую. Но так мне кажется — а что слов было немного, так это и в переводе видно.

А ещё — ещё Устав сходит с ума. Тряслась земля, скрывалось во тьме в полдень солнце — а у нас, как отражение этого, вроде утреня, но каких-то странных антифонов пятнадцать штук. Алё, их же три всего, даже для полиелейной воскресной службы! А вот. Здесь — пять раз по три. И ектении по каждой тройке. А по ектении — седален. Стоп! Седален-то, может, и после ектении, но антифон-то после седальна! А вот.

А теперь ещё и “Блаженны”. Что значит — это атрибут либо литургии, либо второй половины дня? Ничего не знаю, будут блаженны. А тут вот, кстати, и прокимен. До этого семь евангельских чтений без прокимна обходилось, а тут сделаем. Как бы полиелейная служба. А из канона пять песен убежало, как будто вседневная служба. Но зато “Всякое дыхание”, как в праздник, не “Хвалите Господа с небес”. А вот славословие — вседневное, а потом стихиры на стиховнех утрени.

Всё наперекосяк, все сложившиеся паттерны сломаны, завеса разорвана пополам и восставшие из гробов ходят по городу — то-то вступившим в наследство родственникам радости!

Откровенно не понимаю, почему люди не ходят в храм хотя бы ради эстетики происходящего, произносимого и певаемого. Завтра вот, например, будут зачитывать длинный твиттер-фид. Зафолловлены царь Давид и несколько анонимусов. Анонимусы жгут напалмом, честное слово. Вот, например: “Жизнь во гробе положен был еси, Христе, и смертию Твоею смерть погубил еси, и источил еси мирови жизнь.” Это же сразу лайк и ретвит! Ну серьёзно — я за такими антитезами по жизни охочусь и сижу в засаде на них месяцами, а здесь они навалены кучами — живые, яркие, вкусные!..

На этом, пожалуй, прекращу дозволенные речи. Кому уши, чтобы слушать — тот услышит.

0b11011

Apr. 13th, 2014 12:59 pm
honestas: (Daria)
Сабж.
Всё ещё не PhD. Всё ещё в Самаре. Печаль.
honestas: (Кот)
Такъ воззвалъ Темный Лордъ: "Внѣмли убо, о послушникъ! Се, возьми обзоръ литературы и соедини его съ актуальностiю, и тако да будетъ тебѣ три главы въ диссертацiи"
Отвѣщахъ же ему со всѣю покорностiю: "Еже слышати - повиноватися есть!"
Онъ же рече: "Смотри опасно, не просто бо сiе вѣсьма! Ссылки счетъ любятъ, библiограѳiя же - порядокъ".
На ciе азъ дерзнухъ: "TeX использую азъ недостойный, и скажу лишь слово ему - номѣра ссылокъ пересчитаются о самихъ себе, и библiограѳическiй списокъ тако жъ".

И дивился Темный Лордъ весьма, азъ же с радостiю шедъ во своя си.
honestas: (Никто)

Те же и там же.


Вернее, нет. Не те же. Я другой, уже однажды отправившийся в Мск на очередной её концерт. И она другая — ярче, эмоциональнее, уверенее. Кто её тренер? Я тоже хочу прыгать полтора часа по сцене и говорить после этого без потери дыхания — и при этом, прыгая, петь, петь на звуке, на дыхании, о, Эру, так петь не хотел бы только глухой!

Я, признаться, скептически относился к идее проведения рок-концерта в концертном зале филармонии. Часть меня — и это мои затёкшие колени — всё ещё считают это не самой лучшей затеей. Вместе с тем, я внемлю словам Тарьи, мол, I understand that it’s not the usual venue for my rock fans, but my God it’s beautiful here!

And, by golly, it was. С самого начала до самого конца, не останавливаясь. Такой звук! Тарья нашла гениального звукача, который соединил виолончель, две электрогитары, ударные и вокал в такой коктейль, в котором каждая составляющая — своя неповторимая оливка и одновременно неразделимая смесь, как гренадин и апельсиновый сок.

Если бы это был нормальный клуб, у окружающих снесло бы крышу на второй песне — от комплиментарных эффектов, плотность людей в повышенном энергетическом состоянии очень быстро превысила бы максимальный уровень и случился бы массовый переход на нижний уровень с разрушительным излучением избыточной энергии. А так партер сошёл с ума на предпоследней, I wish I had an angel.

I don’t wish it. Don’t need to. Today I had.

honestas: (Никто)
И ещё парочку.

Вот эта потеплее, Дик просил:

Where sunlight, breeze and waves meet



А эта выражает, в какой трепет меня приводит момент пика волны, когда она переливается через край и со стоном разбивается о берег:

Might

honestas: (Никто)
Выполняю обещание.
Ulmo's trumpeter


Grey beard


Eternal Ocean

Полтора часа, которые стоили всей недели...
honestas: (Никто)
Полез тут в одну соц.сеть, кое-чего для своего текста срисовать с натуры.
Чорт. Когда /они/ успели — ладно бы депрессняк, но — самоненависть сделать ванильной?! Прямо хоть люби и уважай себя, всё легче, чем с ногтей розовый лак оттирать.
А потом мама ужасается, чегой-то мы такие циничные ейные дети. Потому и: ниже бесконечной абсолютно твёрдой плоскости в однородной гравитации не упадёшь. Цинизм не огламуривается.
Or so I hope.

Profile

honestas: (Default)
honestas

May 2015

S M T W T F S
     1 2
34 56 789
1011 121314 1516
17 18192021 2223
2425 262728 2930
31      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 06:49 pm
Powered by Dreamwidth Studios